03:04
27 мая ‘19

Загадка для Лаврова: как освободить Марию Лазареву?

Опубликовано
Источник:
Понравилось?
Поделитесь с друзьями!

Русская предпринимательница готовится к смерти в Кувейте.

27 февраля в московском «Мариотт Гранд отеле» состоялась очень необычная пресс-конференция. В ней приняли участие адвокат Екатерина Духина, президент Московской Торгово-промышленной палаты Владимир Платонов и генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин. Речь шла о весьма деликатном моменте, который грозит в корне изменить отношения России с маленьким, но гордым эмиратом Кувейт, а быть может, и со всеми ближневосточными монархиями.

6 марта глава МИД России, один из самых популярных политиков нашей страны Сергей Лавров встречается с эмиром Кувейта Сабахом аль-Ахмедом ас-Сабахом. У России с Кувейтом много точек соприкосновения: в 1990 году еще Советский Союз одобрил международную операцию по освобождению Кувейта от захватчиков Саддама Хусейна («Буря в пустыне»), потом страны сотрудничали в самых разных областях, но одновременно и соперничали на мировом энергетическом фронте, а сейчас испытывают схожие проблемы от нестабильности цен на нефть и газ.

Но, к сожалению, у политиков будет еще одна тема для разговора. Очень неприятная для обоих. Потому что обоим придется защищать своих соотечественников: эмиру — генерального прокурора, пошедшего на откровенное должностное преступление, министру — женщину, уже второй год находящуюся в тюрьме на краю гибели. Единственную белую женщину в тюрьмах Кувейта. Ее зовут Мария Лазарева. О ней и шла речь на пресс-конференции.

Белая женщина в мусульманском мире

Мария приехала в Кувейт пятнадцать лет назад заниматься бизнесом, ведь на фоне роста цен на нефть арабская страна стала тогда одной из самых быстрорастущих экономик мира. Первое время было трудно, но успех ищет сильных — со временем Лазарева создала и укрепила управляющую компанию KGLI (Kuwait and Gulf Link Transport Investments). Бизнес процветал, в него вложились как местные бизнесмены, так и международные, в том числе американские (это важно) фонды. И никто не удивился, когда именно KGLI получила заказ на проектирование в Кувейте одного из крупнейших транспортных хабов мира.

Один из ее конкурентов — Agility — была не очень счастлива таким ярким взлетом компании под руководством женщины иностранки. Тут важно заметить, что за Agility стоят сунниты, которых в Кувейте большинство, тогда как Лазарева сотрудничала с шиитами (едва ли даже представляя тогда, в середине нулевых, разницу между ними). Русская женщина во главе шиитской компании — это очень сложный коктейль, тем более что трудное слово «мультикультурализм» жители Ближнего Востока умеют произносить только на территории Евросоюза. Определенные неприятности начались в 2011 году, но тогда Лазарева не оценила степень грозящей опасности. Реальные проблемы начались через четыре года.

Государственная кувейтская компания Kuwait Port Authorities, вложившая часть своих средств в подконтрольный KGLI Портовый фонд (The Port Fund, TPF), сменила руководство, и новый глава «портовых властей», похоже, решил самоутвердиться за счет предшественника. Пока KGLI и TPF завершали разработку стратегии хаба и помогали правительству Кувейта искать инвесторов под проект, в генеральной прокуратуре страны готовились к переделу долей в этом потенциально крайне выгодном проекте.

Внезапная атака

В 2017 году The Port Fund аккумулировал основную часть своих денежных средств на счетах государственного Noor банка в соседнем эмирате Дубай, чтобы впоследствии распределить их между инвесторами. Но этого не произошло.

По просьбе прокуратуры Кувейта деньги TPF (порядка полумиллиарда долларов) заморозили, после чего они санкционировали арест Марии Лазаревой, по подозрению в краже этих денег. Допросы велись без перевода (хотя Лазарева была согласна и на русский, и на английский) и без защитника. Основное их содержание: «Где деньги госкомпаний, которые они инвестировали в ваши компании?» — «На счетах в Noor-банке» — «Переведите их в Кувейт» — «Не могу, они арестованы» — «Если их нет в Кувейте, значит они украдены!».

Так образовалось первое уголовное дело. Второе было еще проще. Чтобы уже наверняка. Помните про стратегию: крупнейший в регионе логистический хаб и так далее? Работа c участием четырех министерств и множества международных консультантов была завершена. KGLI помогала правительству уже бесплатно найти инвесторов на проект общей стоимостью $6 миллиардов долларов. Ну, не совсем бесплатно, конечно, а вполне конкретно рассчитывая получить отдельные подряды. И вдруг падает второе обвинение: «Стратегии оказывается нет. Денег давали, но нас обманули. Лазарева ничего не сделала».

Аргументы, факты, многочисленные документы — никто не слушал и не слышал. Оба дела велись одним и тем же составом судей, а главное — с одним и тем же единственным свидетелем, господином Аль-Алайаном, который работал с TPF в качестве аудитора. Остальных аудиторов фонда даже не допросили, экспертизу предъявленных Аль-Алайаном документов не проводили.

Со вторым обвинением справились достаточно быстро. Приговор — 10 лет. С первым вышло сложнее. В TPF были не только государственные средства Кувейта, но и частных инвесторов, в том числе из США. Им, людям чрезвычайно ловким, ценящим тонкую хитрость и умную подлость, было обидно терять деньги по такой примитивной схеме. Американцы подключили лоббистов из Вашингтона, и деньги, которые по первоначальной версии прокуратуры были украдены Лазаревой, внезапно нашлись на тех замороженных счетах, о которых она и говорила. Руководство эмирата Дубай долго не спорила, и 5 февраля 2019 года счета разморозила. Все инвесторы, включая кувейтские госкомпании, получили свои деньги с процентами.

Финита ля комедия? Да, дальше начинается трагедия. Несмотря на полное отсутствие состава преступления, Лазарева получает десять лет тюрьмы за стратегию, а за мифическую кражу пытаются добавить еще сверху. Просто так. Чтобы неповадно было русским лезть в прибыльные местные проекты. Чтобы шииты знали свое место. Чтобы никто не сомневался в непогрешимости кувейтской прокуратуры.

Прямая речь

Пресс-конференцию открыл президент столичной ТПП Владимир Платонов, к которому летом прошлого года обратился за помощью отец Марии Лазаревой.

«Я больше восьми лет в свое время служил в органах прокуратуры, и я не представляю себе судью, который бы подписался под таким обвинительным заключением. Один из самых ярких моментов — 1800 листов не переведенных с арабского документов, которые вручили Марии. Напомню, что в России задержанному сенатору Арашукову по первому требованию предоставили переводчика».

Адвокат Екатерина Духина высказала свою точку зрения на ситуацию: «Это не экономическое, в абсолютно политическое дело. Мария в бизнесе 25 лет. Ее карьера — это пример для любой российской женщины, которая хочет в жизни не только постоянства, а готова стремиться к вершинам, вплоть до управления компанией с оборотом в миллиард долларов. Цель этого правосудия была одна — отправить российскую женщину в тюрьму. Возможно, еще и затем, чтобы показать: женщине, тем более иностранке, не место в бизнесе. В итоге Мария сидит в камере размером 10 квадратных метров, вместе с ней еще семь человек, и да — она единственная уроженка Европы в этой тюрьме.

Мы с сожалением понимаем, что проблема Марии Лазаревой не может быть решена в правовом поле, несмотря на соглашения и конвенции, имеющиеся между Кувейтом и Россией — например, соглашение о защите инвестиций. Дело Лазаревой — политическое, и необходимы политические методы».

Пора спасать

Перед нами тот случай, когда теснейшим образом сплетаются частные и государственные интересы. С одной стороны, нам надо просто спасти женщину, которой грозят долгое тюремное заключение или расправа со стороны религиозных фанатиков.

Россия существенно укрепила свой международный авторитет в последние годы, но дело Лазаревой — еще один повод показать, что русских трогать опасно. Не мы такие, жизнь такая: мир до сих пор, как и десять тысяч лет назад, уважает только силу и деньги.

Отношения между Россией и Кувейтом базируются на Соглашении 1994 года — заключенном, когда в Кувейте еще не испарилась благодарная память о неожиданной и ценной советской поддержке освобождения страны от Ирака. И атака на бизнес Лазаревой, включающая в себя крайне сомнительные действия, попытку разрушения репутации и провокацию народного возмущения, является грубейшим нарушением буквы и духа этого Соглашения. Сергей Лавров не раз подчеркивал, что Россия соблюдает свои международные обязательства, но ожидает того же и от партнеров. Сейчас ему предстоит нелегкая миссия донесения этой мысли до господина ас-Сабаха.

Мы знаем, что российское правосудие далеко от идеала, но такую цепочку нарушений внутренних и международных законов у нас все же найти трудно. Сперва силовики препятствуют действиям фонда, потом при сборе доказательств отметают все доводы в защиту подследственного, потом отказывают в защите (абсолютно недопустимое действие), отказывают в переводе материалов дела, в проверке документов единственного свидетеля, а заодно еще и через СМИ возбуждают ненависть лично к подсудимой, а тем самым и к государству, гражданкой которого она является.

Поскольку чисто экономическому делу искусственно стараются придать еще и культурно-религиозный оттенок, очень хотелось бы, чтобы к защите Лазаревой присоединились представители мусульманских организаций России. Когда местные журналисты пишут, что вот приехала женщина из безбожной страны и устанавливает тут свои порядки, неплохо бы напомнить, что у нас в девять-десять раз больше мусульман, чем в самом Кувейте, они чувствуют себя полноценными жителями России и готовы поддержать своих сограждан.

Потому что мусульманские активисты в самом Кувейте сейчас очень прямым текстом призывают «оторвать Лазаревой голову» — в не менее прямом смысле этого выражения. Там так принято.

При этом давить на Кувейт напрямую нельзя — не те там обычаи. Надеемся, эмир найдет возможность аккуратно смягчить позицию своей прокуратуры — это будет полезно не только для отдельно взятой арестантки, но и для инвестиционной репутации всей страны. Нужно найти пути, во-первых, немедленного спасения гражданки России, а во-вторых, возвращения ей утерянных в результате рейдерских действий активов. В конце концов, своей цели эти люди добились — едва ли Марии Лазаревой захочется продолжить свои бизнес-проекты на Ближнем Востоке...

Времени осталось совсем мало.