06:11
7 июня ‘20

Российские нефтяники заговорили об унижении после сделки ОПЕК+

Опубликовано
Источник:
Понравилось?
Поделитесь с друзьями!

Глава «Газпром нефти» Александр Дюков не согласился с оценкой, которую дал соглашению Леонид Федун

Сделка ОПЕК+, в рамках которой добыча нефти в России упадет на уровень начала века, не стала унижением для страны. Об этом в интервью «Коммерсанту» рассказал глава «Газпром нефти» Александр Дюков.

По его словам, соглашение стало выгодным для всех нефтяников и было необходимым, а Москва взяла на себя соответствующие ее положению на рынке обязательства.

О неприглядных сторонах договора начали говорить после того, как совладелец «Лукойла» Леонид Федун сравнил его с «унизительным и тяжелым» Брестским миром, на который большевики пошли в 1918 году.

Дюков не согласился с коллегой, подчеркнув, что на данный момент к сделке присоединились крупные экспортеры нефти по всему миру, не участвовавшие в сокращении добычи до этого. В том числе это США, Мексика, Норвегия. Если учитывать общий объем сокращения, то доля России составит менее 15 процентов.

В предыдущем соглашении ОПЕК+, действовавшем с 2016-го по апрель 2020 года, доля России составляла 18 процентов, так что никаких существенных изменений в этом вопросе не произошло.

Также глава «Газпром нефти» отказался признать вину России за провал сделки в начале марта. Дюков отметил, что Москва изначально предполагала, что снижение на 1,5 миллиона баррелей будет слишком мало, и не хотела ситуации, в которой условия договора пересматриваются каждый месяц.

Соглашение в формате ОПЕК+ в воскресенье, 12 апреля, подписали 23 страны. Они пошли на снижение добычи на 9,7 миллиона баррелей в сутки. Дополнительно Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) и Кувейт договорились убрать с рынка еще 2 миллиона баррелей. Неясными пока остаются обязательства, которые возьмут на себя другие страны, в первую очередь США.

Ранее как провал России сделку ОПЕК+ также охарактеризовал Bloomberg. Со ссылкой на источники в Кремле издание отметило, что там договор расценили как «болезненную неудачу» Москвы.

Сейчас читают