00:10
21 октября ‘19

The Diplomat (Япония): потенциальная житница Азиатско-Тихоокеанского региона

Опубликовано
Источник:
Понравилось?
Поделитесь с друзьями!

Эксперты ожидают снижение урожайности в различных регионах мира. Борьба за продовольственные ресурсы будет обостряться, что в свою очередь повлияет на мировые цены и негативно скажется на продовольственной безопасности во всем мире. У сельскохозяйственного сектора Сибири, говорится в статье, есть мощный потенциал для того, чтобы помочь удовлетворить растущий спрос в соседних с Россией странах Азиатско-Тихоокеанского региона.

Страны Азиатско-Тихоокеанского региона с каждым годом импортируют все больше зерна и семян масличных культур, чтобы удовлетворить внутренний спрос. В прошлом сезоне государства Восточной Азии импортировали 72,5 миллиона тонн зерна со всего мира, то есть за последние 10 лет объем импорта вырос на 52%. Япония и Южная Корея занимают второе и третье место в мире по объемам импорта кукурузы соответственно, а Китай обошел Саудовскую Аравию, став самым крупным покупателем ячменя в мире. Объем импорта зерна в страны Юго-Восточной Азии — хотя он и остается на треть меньше объемов импорта в страны Восточной Азии — за последние 10 лет вырос на 129%, и в ближайшие несколько лет он продолжит стремительно расти, особенно если учесть, что уровень потребления пшеницы в Юго-Восточной Азии существенно ниже среднемирового уровня потребления на душу населения, составляющего 78 килограммов в год, и в три раза ниже уровня потребления в Китае и Индии. К примеру, Индонезия уже занимает второе место в мире по объемам закупок пшеницы, однако уровень потребления пшеницы на душу населения там составляет всего 29 килограммов в год.

Объем импорта в страны Восточной и Юго-Восточной Азии составил почти треть всего зерна, попавшего на мировые рынки в прошлом сезоне. Рост численности населения в совокупности с увеличением доходов, обуславливающим рост потребления богатых белком продуктов (то есть мяса и птицы) и выбор продуктов из пшеницы, таких как хлеб и лапша (вместо продуктов, приготовленных на основе риса), приводят к увеличению спроса. В Китае потребность в кормах для процветающих предприятий по разведению свиней и птицы — это главный фактор, обуславливающий стремительный рост объемов импорта зерна. Не имеющий аналогов спрос в Китае становится особенно очевидным, если обратить внимание на еще один ключевой ингредиент кормов — масличные соевые бобы. В прошлом сезоне китайские покупатели импортировали 94,1 миллиона тонн, что эквивалентно 61% всех экспортированных соевых бобов. Еще в 1995 году Китай был способен самостоятельно обеспечить свои потребности в соевых бобах, но, хотя объемы производства соевых бобов в Китае с тех пор почти не изменились, сегодня собственное производство способно удовлетворить только 14% внутреннего спроса. Поскольку уровень потребления мяса будет расти, вместе с ним будет расти и импорт компонентов кормов и соевых бобов, в частности.

Между тем с беспрецедентной скоростью сегодня растет не только спрос на продукты питания в Азии. Ожидается, что к 2050 году спрос на продовольственные товары увеличится примерно на 59-98%. Это радикальным образом изменит рынки сельскохозяйственной продукции. По всему миру фермерам необходимо выращивать все больше зерна, либо увеличивая площади своих угодий, либо повышая производительность своих земель. Тем не менее, на этом пути есть множество препятствий. Среднемировые урожаи зерна — то есть объем зерна, собираемого с каждой единицы обработанной земли, — увеличиваются слишком медленно, чтобы удовлетворить растущий спрос, а процесс урбанизации и недостаток инвестиций в сельское хозяйство еще больше усугубляют проблему. Другое важное препятствие — это изменение климата, которое уже оказывает воздействие на сельское хозяйство по всему миру, поскольку растущая нехватка водных ресурсов, увеличение средних температур и экстремальные погодные явления все чаще приводят к уменьшению урожаев в многих странах мира.

Важно осознавать системный риск связанных с климатом колебаний в объемах поставок из крупных стран-производителей зерна. К примеру, Китай является крупнейшим в мире потребителем пшеницы и занимает второе место по потреблению кукурузы после США, однако он практически полностью обеспечивает свою потребность в этих зерновых культурах самостоятельно. Когда внутренние запасы этих зерновых культур в ближайшем будущем иссякнут вследствие связанных с климатом колебаний в объемах урожая, это может заставить китайских покупателей существенно увеличить объемы закупок зерна, чтобы удовлетворить растущий спрос, забрав себе значительную долю мировых поставок — и оказав негативное влияние на цены и уровень продовольственной безопасности в мире. Ситуация еще больше осложнится, если это совпадет по времени с уменьшением урожаев в крупных странах-экспортерах зерна, — примером тому могут служить глобальные продовольственные кризисы 2008 и 2011 годов. Тем не менее, ожидается, что некоторые более холодные регионы в северных широтах смогут извлечь выгоду из изменений климата. В таких странах, как Канада и Россия, более длительные и более теплые посевные сезоны уже позволяют выращивать больше зерна. Один из самых многообещающих регионов — это обширная азиатская часть России, то есть Сибирь.

Сибирь, площадь которой составляет 13,1 миллиона квадратных километров, больше Бразилии и Евросоюза, вместе взятых. Сибирь простирается от Уральских гор до Тихого океана на 6 тысяч километров, и там находится 28% земель, которые в настоящее время обрабатываются в России. Между тем Сибирь — это один из самых малонаселенных регионов мира: на каждый квадратный километр приходится всего 3 человека, и большая часть зерна, выращиваемого там, в конечном итоге отправляется потребителям в другие регионы. В настоящее время сельское хозяйство сосредоточено в двух областях. Одна из них — это российский Дальний Восток, где благодаря теплому и влажному лету находится самая большая зона выращивания соевых бобов, пользующихся большим спросом в Китае. Другая гораздо более важная в сельскохозяйственном смысле область — это зерновой пояс в Западной Сибири. Эта область характеризуется плодородными черноземными почвами — такими же, как на Украине и на юге России, — и на первый взгляд бесконечными нивами. В прошлом сезоне там собрали 22 миллиона тонн зерна, а также почти треть объемов рапса, собранного в России. В Западной Сибири господствуют крупные сельскохозяйственные предприятия, которым обычно принадлежат от 3 до 10 тысяч гектаров земли.

Племена, жившие в Сибири, занимались земледелием на протяжении многих тысячелетий, чтобы прокормиться, но только после прихода на эти территории русских поселенцев в 16 веке там стали обрабатываться более обширные площади — чему способствовало освобождение от налогов и предоставление бесплатных земельных наделов. К концу 19 века эти поселенцы создали один из самых производительных сельскохозяйственных регионов в Российской империи. В результате строительства железной дороги, связавшей Сибирь с промышленными центрами европейской части России и ее морскими портами, объемы урожаев зерна выросли с 1,4 миллиона тонн в середине 19 века до более 7 миллионов тонн в начале 20 века.

Поскольку в ту эпоху российское зерно стали экспортировать в самые разные страны, многие вскоре узнали об исключительном качестве сибирского зерна. Где-то между 1898 и 1900 годами министерство сельского хозяйства США даже отправило ботаника Марка Карлтона (Mark A. Carleton) в несколько экспедиций в этот регион, чтобы он нашел такие сорта пшеницы, которые подходили бы для выращивания на Великих равнинах США. При помощи разнообразных сортов пшеницы, которые Карлтон привез из Сибири и соседних регионов, он сумел трансформировать американское сельское хозяйство. Неудивительно, что сибирская твердая краснозерная пшеница и пшеница дурум, подобно ее потомкам, выращиваемым американскими и канадскими фермерами сегодня, была тогда широко известна благодаря своему мукомольному качеству и в больших объемах экспортировалась в Европу.

К 1917 году, когда в России произошла революция, урожаи зерна в Сибири достигли 18 миллионов тонн и составили 17% от общего объема выращенного в России зерна. Возникновение Советского Союза положило конец прибыльному экспорту сибирского зерна, поскольку все, что тогда выращивалось, отправлялось на обеспечение внутренних нужд страны. Однако в Сибири продолжали заниматься земледелием, а кампания по освоению целинных земель в 1950-х и 1960-х годах позволила существенно увеличить базу сельскохозяйственных угодий. Поскольку низкие и неустойчивые урожаи в европейской части России угрожали продовольственной безопасности СССР, Никита Хрущев распорядился существенно расширить площадь обрабатываемых земель в степях Сибири и северного Казахстана. За время проведения кампании, которая продлилась 9 лет, там появились 45 миллионов гектаров новых пахотных земель.

После распада СССР российское сельское хозяйство испытало мощный удар. Когда в страну пришла рыночная экономика и сельскохозяйственные субсидии испарились, огромные площади пахотных земель были заброшены. С 1990 по 2007 год площадь сибирских пахотных земель уменьшилась на 39% или на 13,7 миллиона гектаров. Чтобы было понятнее, Германия, занимающая второе место по объемам производства зерна в Евросоюзе, в настоящее время обрабатывает немногим более 12 миллионов гектаров земли. С 2007 года примерно 1,1 миллионов гектаров заброшенных пахотных земель в Сибири стали снова засеиваться. Тем не менее, в Сибири находятся одни из самых обширных резервов неиспользуемых пахотных земель в мире.

Однако, Сибирь — это одна из самых неэффективных житниц в мире. Популярная практика оставлять землю незасеянной на одно лето после нескольких лет выращивания на ней яровых культур — в этом случае поля не дают никакого урожая каждые три-четыре года — это главный фактор экономической неэффективности сибирских пахотных земель. Кроме того, в Сибири разрыв в урожайности — то есть разница между реальным и потенциальным урожаем — составляет более 50%, а это значит, что нынешние урожаи в 1,8 тонны на гектар можно увеличить до 3,6 и более тонн. Применение малого количества удобрений или вообще отказ от их применения, семена низкого качества, а также низкое качество и недостаток сельскохозяйственного оборудования — это те причины, по которым урожаи зерна в Сибири такие низкие. К примеру, как показало недавно проведенное исследование, только 32% корпоративных и частных ферм применяют минеральные удобрения на своих полях. Сибирь хотя и является одним из крупнейших источников зерна, но при этом заметно уступает по урожайности другим российским регионам. Кроме того, в российском сельском хозяйстве сегодня практически полностью отсутствуют адекватные программы страхования, в результате чего фермерам гораздо труднее справляться с рисками, связанными с погодными условиями.

Хотя, как ожидается, некоторые фермеры на юге Сибири столкнутся с уменьшением объемов производства вследствие изменения климата, перспективы для других районов Сибири существенно улучшатся. Поскольку посевные периоды становятся длиннее и теплее, урожайность должна в значительной мере вырасти. Более того, заброшенные пахотные земли и леса привлекают к себе все больше внимания, поскольку сейчас средние температуры с апреля по июль стали на 1,3-2 градуса по Цельсию выше, чем в 1960 году. Между тем, культивация этих земель может привести к выбросам значительного количества углерода, заключенного в почве и растениях, и таким образом ускорить процесс изменения климата. То есть повышение урожайности тех земель, которые уже обрабатываются, должно иметь приоритет над расширением площадей пахотных земель. Отказ от практики летнего пара, эффективные схемы севооборота, повышение коэффициента эффективного использования водных ресурсов и программы обмена оборудованием — это наиболее экономически выгодные методы устойчивого повышения урожайности в Сибири.

Логичным направлением сбыта сибирских зерновых являются Восточная и Юго-Восточная Азия — в силу их близости и наличия высокого спроса на зерно в этих регионах. Однако в 2017 году только 3,3% всего экспорта российского зерна было отправлено в Восточную Азию и 7,8% — в Юго-Восточную Азию. Российскому правительству хорошо известно о возможностях, которые перед ним может открыть увеличение объемов экспорта сельскохозяйственной продукции из Сибири, и оно активно реализует политику, разрабатывает нормативы и создает инфраструктуру, чтобы достичь этой цели. В 2015 году оно создало в Приморском крае — в области, которую омывает Тихий океан на востоке и которая граничит с Китаем на Западе — первый в России порто-франко (свободный порт, пользующийся правом беспошлинного ввоза и вывоза товаров — прим. ред.). Преимуществами порта во Владивостоке можно назвать беспошлинный режим для компаний-резидентов, сниженные корпоративные налоги, ускоренный процесс возврата НДС и упрощенный процесс получения виз для иностранцев.

Владивосток непосредственным образом связан с Транссибирской железнодорожной магистралью, которая соединяет зерновой пояс в Западной Сибири с этим свободным портом. Однако максимальная нагрузка этой железнодорожной магистрали ограничена, и, хотя уже сейчас есть планы по увеличению максимальной нагрузки, властям еще только предстоит расширить инфраструктурную сеть, чтобы справиться с увеличением объемов экспорта. Кроме того, зона свободного порта, через который экспортируют в основном энергоресурсы, металлы и полезные ископаемые, не оборудована для того, чтобы эффективно грузить зерно и масличные культуры. Чтобы справиться с этой проблемой, в небольшом рыболовецком порту Зарубино, расположенном на южной части порта Владивостока, вскоре должен появиться первый зерновой терминал на Тихоокеанском побережье России. Этот проект в основном финансируют китайские инвесторы, заинтересованные в экспорте сельхозпродукции их расположенных поблизости китайских провинций — Гирина и Хэйлунцзяна, которые являются крупнейшими в Китае регионами — производителями кукурузы и соевых бобов. В настоящее время зерно из этих провинций приходится перевозить на расстояние почти в 1000 километров по загруженной железной дороге в ближайший китайский порт в проливе Бохай, тогда как Зарубино находится на расстоянии всего 50 километров от границы с Китаем. Строительство этого терминала должны были завершить к 2020 году, и изначально предполагалось, что его мощность составит 40 миллионов тонн в год. Однако в силу различных обстоятельств процесс реализации этого проекта пока еще не начался.

Помимо проблем с инфраструктурой в мало заселенной Сибири также наблюдается нехватка квалифицированной рабочей силы. Чтобы справиться с этой проблемой, российское правительство активно поддерживало иностранные инвестиции в этот регион. К примеру, в прошлом году оно сделало 1 миллион гектаров пахотных земель в Дальневосточном федеральном округе доступными для иностранных покупателей, которые обычно имеют право только на аренду земли. Хотя большая часть этой земли находится в отдаленных районах и характеризуется низкой урожайностью, большое число китайских покупателей продемонстрировали свою заинтересованность. Зажиточные фермеры из Китая стали перебираться в восточную часть Сибири с момента распада СССР, когда советская плановая экономика рухнула и сельскохозяйственные субсидии прекратились. Поскольку выращивание зерновых культур в некоторых регионах Китая становится все более проблематичным вследствие изменения климата, все больше китайских фермеров стали смотреть в сторону России в поисках новых возможностей.

Инвестиции в сельское хозяйство (земельные инвестиции) также являются привлекательной формой для институциональных инвесторов, в первую очередь для таких долгосрочных инвесторов, как пенсионные фонды и суверенные фонды благосостояния, поскольку традиционно такие инвестиции приносят стабильный доход, допускают большее разнообразие и опережают инфляцию. В последнее время различные институциональные инвесторы обратились к российскому сельскому хозяйству — в основном посредством участия в акционерном капитале иностранных публичных компаний, сосредоточившихся на приобретении сельскохозяйственных угодий и агробизнесе. Среди крупных фондов, вложивших средства в российское сельское хозяйство, можно назвать шведский пенсионный фонд AP2 (38 миллиардов долларов AUM), голландский пенсионный фонд PFZW (234 миллиарда долларов AUM), калифорнийский пенсионный фонд CalPERS (365,5 миллиарда долларов AUM), Nordea Investment Funds, а также страховую компанию Swiss Life. Некоторые инвесторы приобретали российские сельскохозяйственные угодья напрямую, как это сделали хеджевый фонд Och-Ziff Capital и благотворительный фонд Гарвардского университета. Самыми активными иностранными инвесторами являются крупные трейдеры и предприятия пищевой промышленности, которые вкладывают средства не только в землю и фермерские хозяйства, но и в инфраструктуру (терминалы для хранения и экспорта) и обработку (помол зерна и отжим масличных культур).

Однако инвестиционные риски остаются довольно высокими, о чем свидетельствует объем иностранных инвестиций в России. Эти риски не являются характерными исключительно для сельского хозяйства — они характерны в целом для инвестиций в Россию. Нестабильное регулирование, бюрократическая волокита, коррупция и геополитическая неопределенность — это лишь некоторые из ключевых факторов. Более благоприятная экономическая политика и усовершенствование нормативно-правовой базы, а также государственные расходы на инфраструктуру помогут существенно улучшить инвестиционный климат в России — независимо от экономических санкций.

Поскольку эксперты ожидают снижение урожаев в различных регионах, страны будут вынуждены соперничать за продовольственные ресурсы, что в свою очередь повлияет на мировые цены и негативно скажется на продовольственной безопасности во всем мире. У сельскохозяйственного сектора Сибири есть мощный потенциал для того, чтобы помочь удовлетворить растущий спрос в соседних с Россией странах Азиатско-Тихоокеанского региона. Объемы урожаев в Сибири можно существенно увеличить посредством устойчивой интенсификации. Существующая инфраструктура, хотя она уже является устаревшей и не слишком эффективной, обладает потенциалом для наращивания экспорта сельскохозяйственной продукции в восточном направлении. Подобно Екатерине Великой и Александру I, которые успешно руководили процессом иммиграции множества немецких фермеров в слабо заселенные районы, которые до сих пор остаются самыми производительными сельскохозяйственными зонами в России и на Украине, нынешнее российское правительство должно разработать такую политику, которая позволит привлечь (иностранных) инвесторов в Сибирь, чтобы полностью реализовать сельскохозяйственный потенциал этого региона. Сибирь может стать житницей Азиатско-Тихоокеанского региона и укрепить основы глобальной продовольственной безопасности.

Маартен Элферинк (Maarten Elferink) — основатель и исполнительный директор Vosbor, торговой группы, базирующейся в Амстердаме, которая специализируется на закупке сельскохозяйственного сырья и продуктов переработки в России и Казахстане для их дальнейшей продажи в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Доктор Флориан Ширхорн — научный сотрудник Института аграрного развития в странах с переходной экономикой имени Лейбница в Германии. Он принял участие во встрече нобелевских лауреатов в Линдау в 2014 году. Доктор Ширхорн специализируется на вопросах взаимодействия в торговой среде, а также на влиянии изменений климата на урожайность.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.