16:49
13 декабря ‘19

Метод «Петуха»: самую жестокую банду послевоенной Казани ловили 10 лет

Опубликовано
Источник:
Понравилось?
Поделитесь с друзьями!

Банда налетчиков-отморозков пять лет держала в страхе послевоенную Казань, а за то время, пока их ловили, десять человек попало за решетку вместо них.

Кому победа – кому беда

В 45-м страна еще праздновала победу в Великой Отечественной войне, когда по столице Татарии Казани прокатилась волна жестоких убийств. Хорошо вооруженная и законспирированная банда безжалостно убивала не только взрослых, но даже беззащитных детей и стариков. А еще люди шептались, что милиция не только бессильна перед бандитами, но и сама несет потери в столкновениях с загадочной бандой.

На самом деле, несколько милиционеров, в разное время оказавшиеся свидетелями преступления банды, были или убиты или тяжело ранены. Как раз из показаний выживших и стало ясно, что главарь – настоящий «профи». Решения принимает в секунду, стреляет быстро и без промаха. Правда, словесный портрет мужчины «лет тридцати» поначалу ничего не давал и мог подойти к доброй половине жителей Казани.

Но постепенно портрет главаря начал обрастать новыми приметами. Тот всегда ходил на дело в военной или милицейской форме, судя по выправке и действиям, мог быть бывшим офицером. А еще выяснилось, что один из его подельников косит на левый глаз. Как говорится, уже что-то.

Но пока сыщики пытались установить личности бандитов, те продолжали совершать налеты и убийства. Причем, это были хорошо продуманные и подготовленные преступления, совершавшиеся даже с некоторой «изюминкой».

Например, решив ограбить жилище инкассатора Дмитрия Попандопуло, бандиты незаметно для всех сделали подкоп, который вел к хозяйскому подполу, через который незваные гости и проникли ночью в дом.

Возможно, изначально бандиты не собирались никого убивать. Но когда они тихо начали обшаривать кухню, там появилась заспанная теща хозяина дома. Старушке тут же проломили голову фомкой. А когда на шум сбежалась вся семья, не пощадили никого – ни мужа с женой, ни троих дочек, старшей из которых не было и восьми.

Младшая из сестренок выжила лишь благодаря тому, что потеряла от боли сознание, а гости подумали, что умерла. Девочку позже спасут, но она навсегда останется инвалидом.

Налет на налетом и везде море крови

Не всегда все у бандитов получалось. Ограбление складов «Военторга» банда тоже продумывала тщательно. Прямым наскоком туда было не проникнуть – поэтому главарь попытался пройти через проходную в форме милиционера, якобы под видом проверки.

Но пожилой охранник заподозрил подвох и попытался остановить незнакомого офицера. И получил три пули в живот. Охранник погиб – но и налет сорвался. Бандиты предпочли сбежать – слишком много шума подняли.

Но в случае нападения на кассира завода «Пламя» Марию Иванычеву, которая, как выяснилось, деньги в день зарплаты носила в простой сумке одна и без охраны, все для бандитов прошло удачно.

Как потом расскажут очевидцы, к женщине подбежал человек с косящим глазом, выстрели ей в лицо, схватил сумку и убежал. Навар преступников составил 20 тысяч рублей.К этому моменту большинство фактов нападений банды были объединены в рамках заведенного агентурного дела «Сонники» - потому что, большинство своих кровавых налетов преступники совершали все-таки в частных домах и квартирах ночью – когда люди спали.

По всему городу были усилены патрули, проверявшие документы буквально у всех. И такой ход едва сразу не дал результат. 26 апреля 1947 г. милиционеры впервые сошлись лицом к лицу с неуловимыми бандитами. Правда, те оказались опытней патрульных – при проверке документов главарь четырьмя выстрелами убил двоих милиционеров, кстати, недавних фронтовиков.

В другой раз, уже 24 января 1948 еще один патрульный милиционер - Фёдор Власов остановил двух показавшихся ему подозрительными мужчин, попросив их предъявить документы. В ответ тот, что постарше, выхватил пистолет и выстрелил стражу порядка в голову, после чего преступники скрылись. Но в этот раз милиционеру повезло – пуля прошла по касательной и он выжил.

Его коллегам ночью 2 июля 1948 года повезло меньше. Тогда их с поличным застали постовой Михаил Макаров и участковый Шайхулла Гарифуллин застали бандитом на месте преступления, но те оказались ловоче. В перестрелке постовой погиб, а тяжело раненный участковый был тяжело ранен.

В следующее свидание бандитов и правоохранителей первых едва не повязали. Местная жительница Евдокия Тузова нашла возле своей квартиры припрятанную сумку со странным инструментом и сообщила в милицию. Сыщики обнаружили в сумке воровской набор для вскрытия дверей и поняли, что готовится налет.

В квартире женщины была устроена засада и ночью 19 июля 49-го незваные гости пожаловали. Правда, один из бандитов услышал в темноте возводимый курок милицейского револьвера – поэтому принцип неожиданности не сработал. В лихой перестрелке раненые были с обеих сторон. Но бандитам удалось уйти.

Но, несмотря на временные потери, банда продолжала грабить. Уже спустя неделю после той засады появились новые жертвы их злодеяний. Но некоторые из преступлений были вообще за гранью человеческого понимания.

2 декабря 1948 г. беда постучалась в квартиру семьи Кашафутдиновых. Открыв дверь, хозяин увидел на пороге младшего лейтенанта милиции. Под предлогом проверки пожарной безопасности гость прошел внутрь, осмотрел комнаты и вскоре ушел.

На следующий день «милиционер» вернулся – уже с двумя «понятыми». Как назло, к хозяину дома приехали в гости две его родственницы. Но бандитов это не смутило. Сначала главарь попытался договориться «по-хорошему» - под видом сотрудника потребовал выдать все ценности, нажитые якобы нечестным трудом.

Когда же хозяин возмутился и изъявил желание позвонить в отделение, бандиты скинули «маски». Мужчину и двух женщин связали – но так как хозяин продолжал громко возмущаться, ему перерезали горло. Потом задушили гостью постарше.

Женщине помоложе, умолявшей о пощаде, уготовили еще более страшную смерть. Сначала главарь ее изнасиловал на глазах подельников – а потом выдрал золотые сережки прямо с мочками ушей и забил бедолагу молотком, превратив ее голову в кровавое месиво. Уходя, бандиты облили дом керосином и сожгли.

Спустя три недели, 23 декабря 48-го, бандиты высматривали квартиру для нового налета. Но подозрительную троицу, крутившуюся возле соседского дома, заметил рабочий Иван Маркузин и помчался к находившему неподалеку хлебокомбинату – в комендатуру.

Вскоре вернулись вдвоем с участковым Иваном Шубиным. Но повернув за угол дома, столкнулись с этими тремя лицом к лицу. Бандиты оказались проворней. Пока милиционер пытался достать револьвер из-под полы шинели, главарь двумя выстрелами из «Парабеллума», даже не останавливаясь, оборвал две человеческие жизни.

Уже тепло – но еще не горячо

Потом были и другие ограбления – и новые жертвы, раненные милиционеры, и даже погибший в перестрелке солдат-срочник. Было понятно, что бандиты освоились, уверены в себе – их не пугали ни правоохранительные органы, ни армия. Поэтому сыщики из-за всех сил пытались найти неординарный подход к банде.

А потом появился первый «лучик». Однажды в результате проверки ранее судимых рабочих казанского завода «Пламя» (по тому налету на женщину-кассира) в поле зрения сыщиков попал некто Пётр Петелин, работавший здесь электромонтером и носившим довольно некрасивую кличку «Петух».

В 42-м он был осужден на два года за подделку больничных листов и избиение человека на пару с приятелем – Василием Кормаковым по кличке «Корма», который после отсидки каким-то чудом устроился работать в вооруженную охрану Казанской гармонной фабрики и даже получил для постоянного ношения служебное оружие - револьвер системы «Наган».

По описаниям свидетелей эти двое были похожи на членов неуловимой банды налетчиков – тем более, «Корма» с детства страдал косоглазием. Примета, от которой не избавиться при всем желании.

За приятелями начали негласно наблюдать – и вскоре сыщики увидели и третьего. Ведь бандиты чаще всего ходили на дело именно втроем. Этот третий – некто Алексей Бабаев по кличке «Блюм» (Цветок) нигде не работал – однако, жил на широкую ногу.

Правда, до поры до времени эту троицу взять было не на чем. Но однажды бандиты, грабившие десятками тысяч рублей, ради развлечения отняли во время вечерней прогулки по городу у прохожей…. 100 рублей. Это была осень 49-го. Подоспевшему на место патрулю бандиты все представили как неудачную шутку – но всех троих все-таки препроводили в отделение для разбирательства.

А следователь отдела по борьбе с бандитизмом, которому было проучено проверить задержанных, попался дотошный. Раз за разом вызывая по одиночке каждого из задержанных на допрос, он дождался своего часа. Кормаков не выдержал и начал «петь», сдавая себя и подельников.

Но когда окрыленный успехом сыщик побежал к начальнику, тот неожиданно взорвался. «Ты сам себе подписал приговор!» - сказал он, напомнив, что за преступления, в которых признался Кормаков, уже осуждены конкретные лица.

Дальше – больше. Начальник вызвал к себе «Корму» и посоветовал ему не брать на себя чужие грехи. Сто раз пожалевший о своем признании, бандит предложил уничтожить явку с повинной, что и было сделано начальником ОББ. И гарантировала Кормакову и остальным членам банды выход на свободу!

Петухам прищемили хвосты

В то время, как бандиты в камерах потирали руки, готовясь к освобождению, на прием к исполняющему обязанности прокурора республики Татария Михаилу Березову пришел гражданин.

Взволнованный мужчина рассказал, что его сосед, сотрудник того самого отдела по борьбе с бандитизмом, с которым они накануне отмечали ноябрьские праздники, под мухой» вслух жаловался на судьбу – мол, раскрыл целую серию убийств, а начальник дело завернул и убийц, скорее всего, освободят.

Сразу после ухода посетителя Березов дал указание немедленно изъять скандальное уголовное дело из ОББ МВД ТАССР и передать его для дальнейшего расследования в республиканскую прокуратуру. Готовившиеся к освобождению Кормаков, Петелин и Бабаев срочно были переведены во внутренний изолятор ГБ.

Последующее расследование было поручено старшим следователям прокуратуры республики Бакланову и Губерману, которым стоило больших усилий вернуть Кормакова к прежним признательным показаниям.

Постепенно, под давлением улик сломались и его подельники. Тут и выяснилось, что тем самым бандитом, с военной выправкой был вор «Симпатия», успевший послужить в армии, что в банде, так или иначе, состояли не трое-четверо, а десятки человек, что к соучастию в преступлениях привлекались близкие родственники: жена и теща Кормакова, брат, жена и сестры Петелина, жена Матвеева и родители Бабаева.

В качестве штаб-квартир, в которых планировались будущие налеты, использовались жилище Кормакова и дом его тещи Ксении Богаткиной. Бандиты и их родственники любили собираться за длинным столом, заставленным большим количеством спиртного и закуски.

Сразу после ограблений преступники с добычей обычно отсиживались в саду кондитера столовой казанского аэропорта Владимира Чеснокова. Ждали, пока схлынет первая волна погони.

А раненный в перестрелке на квартире гражданки Тузовой «Петух» лечился в селе Тюрнясево Тельманского (ныне Нурлатского) района Татарии, где настоятелем местной церкви служил его отец Михаил Петелин, а местным фельдшером был друг «Петуха» Брусов, от которого Петелин позже получит липовый больничный лист. Кстати, поэтому сыщикам и не удалось найти человека с огнестрельным ранением и известной группой крови в казанских больницах.

Понимая, что за совершенные преступления ему грозит расстрел, «Петух» в ходе следствия начал изображать из себя умалишенного. И даже на какое-то время в знаменитую тюремную психиатрическую больницу НКВД СССР, находившуюся в Казани. Однако, опытные психиатры быстро раскусили симулянта и дали заключение о его вменяемости.

Параллельно расследованию преступлений банды начали вскрывать другие страшные факты. Прокуратура выяснила, что за злодеяния, в которых сейчас один за другим признавались «Петух», «Корма» и «Симпатия», в разное время были осуждены 10 невинных людей.

Все эти дела позже были пересмотрены, а невинно осужденные вышли на свободу. Помимо этого полетели многие «головы», виновные в этих ошибках – кого-то разжаловали, кого-то судили и даже посадили.

Что же касается «Петуха» и его подельников, то за год пребывания под следствием, из друзей они успели превратиться во врагов. Например, Кормаков, узнав, что Бабаев, оказывается, был любовником одновременно и его жены и тещи, готов был задушить того.

Одновременно, узнавший о том, что арестованные сдали своих родственников, отец Бабаева просил у следствия дать своему сыну высшую меру. Ну, и дальше в таком духе.

Всем «сестрам» по серьгам

Тем временем, следствие подошло к концу и перешло в суд. Бандитам вменялись 22 грабежа, 33 кражи, 22 убийства, в том числе, трех милиционеров и одного солдата, 14 раненых – совершенные в период с 45-го по 49-й годы. Статьи расстрельные, но убийцы не могли не знать, что с 1947 года в ССР действовал мораторий на смертную казнь. Так что, они рассчитывали остаться в живых.

Однако, пока шло следствие, советские власти успели переиграть закон. А все потому, что разгул бандитизма после войны перешел все разумные границы. И теперь, начиная с января 1950 года, расстрел мог применяться в особых слуаях, таким, как бандитизм и терроризм, которым тогда считалось нападение на сотрудников правоохранительных органов и представителей власти.

Так что, у суда были все основания приговорить Кормакова, Петелина и Бабаева к расстрелу. При этом, обдаловать приговор убийцам не дали. Другие участники банды, которым удалось избежать стенки, отправились в лагеря на огромные сроки – на 15,20 и 25 лет. Большинство из них там и сгинуло. Казань вздохнула с облегчением…