07:20
6 августа ‘21

Джалалуддин Хаккани: от «ценного актива» ЦРУ до лидера афганских радикалов

Опубликовано
Источник:
Понравилось?
Поделитесь с друзьями!

Telegram-канал «Афганская голубка» рассказывает историю Джалалуддина Хаккани — одного из самых знаменитых афганских террористов, создателя «Сети Хаккани» и друга Усамы бен Ладена.

3 сентября «Талибан» почтил память Джалалуддина Хаккани, своего давнего союзника, умершего два года назад. В талибском пресс-релизе говорилось, что он, «доблестный воин ислама» и «выдающийся политический и религиозный лидер», посвятил джихаду 50 лет своей жизни, пожертвовал четырьмя сыновьями и десятками родственников, и был примером не только на войне, но и в мирное время, показывая чудеса учености и благочестия. Завершалось сообщение словами о том, что Хаккани справедливо назвать «имамом Шамилем нашего времени».

Кода-то с не меньшей похвалой, о своем протеже отзывались и американцы. Рональд Рейган называл Хаккани «борцом за свободу», а конгрессмен Чарли Уилсон, поставлявший оружие моджахедам, — «олицетворением добра». В 80-е должностные лица за океаном не скрывали, что Джалалуддин Хаккани — «ценный актив» для ЦРУ. Правда, с тех пор он успел изменить приоритеты и превратиться в террориста, применяя оружие уже против своих покровителей.

Хаккани, как сказали бы сейчас, хорошо чувствовал политическую конъюнктуру: за свою жизнь он неоднократно менял союзников и противников, иногда буквально с черного на белое. Он успел повоевать и против двух кабульских правительств, и против советских войск при поддержке США, и пакистанской межведомственной разведки (далее — ISI), и против мождахедов на стороне «Талибана», а закончил уже нападениями на военных НАТО.

Будущий «доблестный воин ислама» родился в 1939 (по другим данным — в 1946 году) в провинции Пактия на востоке Афганистана в семье зажиточного землевладельца, выходца из племени Задран. О молодости Джалалуддина известно не так много. Он прошел обучение в медресе «Дар-уль-Улюм Хаккания» в городе Акора пакистанской провинции Хайбер-Пахнухва. Оттуда он выпустился в 1964 году, а в 1970 стал духовным лицом, получив религиозное звание «маулави» и, по-видимому, взяв себе фамилию в честь своей альма-матер. За годы учебы молодой Джалалуддин научился бегло говорить по-арабски, что очень помогло ему в дальнейшем.

Тем временем политическая ситуация в Афганистане начала меняться. После переворота 1973 года страна из монархии стала республикой во главе с новым лидером Мухаммадом Даудом. Политика пуштунского националиста очень не понравилась Пакистану, который начал поддерживать оппозицию, состоявшую в основном из приверженцев радикального ислама. Одним из них был мулла Хаккани, который призвал к джихаду против Дауда еще в 1973, а к 1975 году обосновался в городе Мираншахе, столице Северного Вазиристана, и создал там собственное медресе. По некоторым данным, в том же 75-м он организовал свое первое нападение: было совершено покушение на губернатора провинции Пактика, назначенного Даудом. Это принесло Хаккани известность в определенных кругах и создало предпосылки для будущей «карьеры» моджахеда.

В 1978 году Хаккани присоединился к умеренному крылу Исламской партии Афганистана (ИПА) и послал одного из своих бывших товарищей по пакистанскому медресе в Саудовскую Аравию — предупредить об опасности, которая исходит от «безбожного кабульского правительства», и собрать средства на борьбу с ним.

В 1979 году в Афганистан вошел ограниченный контингент СССР. После джирги (собрания племенных вождей), которую провели в Мираншахе, Хаккани был назначен одним из командиров ИПА на юго-востоке Афганистана.

В начале 80-х влияние Хаккани неуклонно росло — он сумел обрести авторитет за пределами племени Задран, к которому принадлежал. В 1983 году его боевики захватили города Ургун и Хост, да и в целом они создавали много проблем и афганским, и советским войскам, осаждая гарнизоны, обстреливая дороги и перерезая линии коммуникации. Силы Хаккани охраняли перевалочные пункты в пограничных районах на востоке, через которые из Пакистана переправлялось оружие. Захват войсками СССР и Афганистана одного из них — базы Джавара — потребовал в 1986 году масштабной операции и дался ценой больших потерь. В битве за базу Джавара Хаккани был серьезно ранен, и среди моджахедов распространились слухи о его смерти. Он вообще часто участвовал в боях сам, отличаясь при этом храбростью и жестокостью.

За годы советского присутствия Хаккани лично познакомился с упомянутым выше конгрессменом из Техаса Чарли Уилсоном — человеком, который увеличил бюджет ЦРУ для оказания помощи «бойцам афганского сопротивления». В книге американского политолога Сета Джонса In the Graveyard of Empires: America's War in Afghanistan описан такой эпизод: Уилсон захотел опробовать в деле то, что поставлял, и сбить из «Стингера» советский вертолет. Хаккани, чтобы сделать гостю приятное, приказал заманить Ми-24 в ловушку. Моджахеды таскали по дороге цепи и автомобильные покрышки, чтобы поднявшееся облако пыли привлекло внимание пилотов. Однако вертолеты так и не прилетели.

Вместе с Уилсоном у Хаккани гостил Мохаммад Юсуф — бригадный генерал и начальник афганского направления ISI. Он отмечал, что Джалалуддин был на особом счету: единственным случаем, когда пакистанские военные советники официально перешли «линию Дюранда» и участвовали в войне с русскими, был зафиксирован в боях за базу Джавара.

Афганистан 80-х превратился в полигон, куда стекались все желающие воевать с «неверными». Рекруты из арабских стран ожидаемо тяготели к Хаккани, который говорил на их языке и имел завидную репутацию безжалостного воина. Среди тех, кто прибыл в Афганистан для боевого крещения, был молодой и набожный саудовский студент Усама бен Ладен, который позже будет неоднократно получать убежище на подконтрольных Хаккани территориях. Там же он построит тренировочные базы «Аль-Каиды».

Благодарностью за гостеприимство Хаккани станет «золотой дождь» из стран Персидского залива. На эти деньги по обе стороны афгано-пакистанской границы будут создаваться новые медресе, где пройдут подготовку сотни будущих террористов.

Будучи моджахедом, Хаккани успел стать отцом: где-то между 1973 и 1980 годами родился его сын Сираджуддин, в настоящее время возглавляющий «Сеть Хаккани».

В 1991 году, уже после вывода советского контингента, Хаккани снова взял город Хост — шеститысячный гарнизон неожиданно сдался после 17 дней боев. По одной из версий, причиной сдачи стала атака пакистанских ВВС. Массовых казней не последовало, однако город был разграблен моджахедами и пакистанскими племенами, перешедшими прозрачную «линию Дюранда».  

Захват Хоста должен был продемонстрировать прокоммунистической кабульской администрации, что ее падение — просто дело времени, а победить спонсируемых США «повстанцев» ей не удастся. В самом деле, через год Наджибулла, лишенный советской поддержки, ушел с политической арены, а власть в Афганистане перешла в руки полевых командиров. В новом правительстве Хаккани получил пост министра юстиции, а вскоре перешел на сторону «Талибана». В период правления талибов он снова был назначен министром, на этот раз по делам границ и племен, но, как и большинство министров того времени, проводил гораздо больше времени на фронте, чем в кабинете.

Фактически, Хаккани командовал силами «Талибана» к северу от Кабула, где шли ожесточенные бои с отрядами таджиков, узбеков и хазарейцев «Северного альянса». Правда, бесконечные распри союзников между собой сводили на нет возможность захватить столицу.

«Ни одна партия не может воевать против "Талибана*" в одиночку, поэтому они пытаются объединиться, но никогда не объединятся», — сказал Хаккани в 1997 году и оказался прав.

Его отношения с новым руководством складывались не всегда гладко: будучи выходцем с востока, Джалалуддин с трудом мирился с тем, что все важные решения принимают южане-кандагарцы. Однако считалось, что переход пуштунских племен в восточном Афганистане на сторону радикалов был заслугой Хаккани — опять сыграли роль военные победы и слава.

Его влияние ограничивалось военной сферой, однако на Западе опасались, что он будет настаивать на укреплении контактов «Талибана» с арабскими экстремистами. Кстати, к 90-м годам связи Хаккани со странами Персидского залива вышли за рамки идеологических и финансовых: его второй женой стала женщина из Арабских Эмиратов.

После 2001 года, когда США начали войну против «Талибана», они регулярно пытались переманить Хаккани на свою сторону, однако их усилия ни к чему не привели. Более того, по некоторой информации, именно человек, бывший «олицетворением добра», помог бен Ладену переправиться через горы в Пакистан, когда талибы отказались выдать его Америке.

Дело в том, что с начала 90-х у Джалалуддина стала меняться идеология. После «победы» над СССР у ислама появился новый враг — Штаты, и вести «войну за веру» нужно было уже в глобальном масштабе. Подход пришелся по душе многим.

«Люди, подобные маулави Хаккани дадут Америке такой же ответ, какой они дали Советскому Союзу, и разожгут пламя священной войны во всем мире», — говорил лидер крупнейшей религиозной партии Пакистана «Джамаат улема-е-Ислами» (ДУИ) Фазл-ур-Рехман.

В распоряжении маулави Хаккани, решившего воевать против США, оказалась хорошо организованная и проверенная временем сила — собственная террористическая организация, которая в западных СМИ стала фигурировать как «Сеть Хаккани». Точную дату ее появления назвать трудно — Джалалуддин начал нанимать боевиков на пакистанские деньги в 1975 году, если не раньше.

В 1995 году, когда Хаккани присягнул на верность талибам, его группа сохранила собственное руководство и относительную независимость действий. Такое положение сохраняется и сейчас: «Сеть Хаккани» считается близким союзником «Талибана», однако гораздо более радикальным, и периодически поступающим в своих интересах. Атаки «Сети» отличаются техничностью исполнения — это дает многим повод думать, что дело до сих пор не обходится без инструкторов ISI. На эту же мысль наводит выбор объектов для атак: посольство Индии в 2008 и индийские строительные компании в 2009 году.

Впрочем, «Сеть Хаккани» нападала и на посольства США и Германии в Кабуле, и на натовские базы, конвои и военных, и на афганские правительственные здания. Ей же приписывают покушение на президента Хамида Карзая в 2008 году.

В настоящее время численность группировки составляет от 3000 до 10 000 боевиков, которые действуют на востоке Афганистана (провинции Пактия, Пактика и Хост, есть информация о присутствии в Логаре, Вардаке и Газни) и в прилегающих районах Пакистана, населенных пуштунами. На этих территориях по-прежнему расположены тренировочные базы, где готовят террористов для «экспорта джихада» в Кашмир, Синьцзян и республики Средней Азии.

Что касается идеологии, то Хаккани был солидарен с «Талибаном»: необходимо изгнать с территории Афганистана иностранные войска и создать там исламский эмират. Однако, в отличие от талибов, он не мечтал о захвате власти в Кабуле, предпочитая строить собственное «государство в государстве» в восточных провинциях.

Считается, что Хаккани стал первым, кто использовал в Афганистане террористов-смертников, причем для этой цели вербовал как афганцев, так и иностранных моджахедов. И если талибы старались избежать жертв среди гражданского населения, то Хаккани, а потом и его сыновьям, этот относительный гуманизм был чужд.

Газета New York Times назвала семью Хаккани «кланом Сопрано афганской войны» — власть в группировке всегда распределялась только между кровными родственниками Джалалуддина, а их у него было много (как и у любого афганца).

Хаккани-старший был женат дважды. От первой жены, пуштунки из племени Задран, у него было шесть сыновей. Двое из них, Сираджуддин и Бадруддин, сохранили тесные отношения с шейхами Персидского залива, куда отец регулярно посылал их устанавливать контакты и просить помощи. Более того, около 2004 года управление «Сетью Хаккани» перешло в руки Сираджуддина, а отец только периодически выполнял роль консультанта при нем.

Сираджуддин в хороших отношениях с талибами — в мае этого года он стал главой их «военной комиссии» (то есть, фактически, главнокомандующим). Кстати, его младший брат Анас вошел в состав делегации «Талибана» на межафганских переговорах в Катаре.

Во втором браке тоже родилось два или три сына (всего, по некоторым данным, количество детей Хаккани доходит до 12). Все они были при деле: воевали, занимались административными вопросами и учились в том же медресе, которое закончил глава семьи. Как было сказано в пресс-релизе «Талибана», четверо сыновей Хаккани погибли, однако оставшиеся хорошо усвоили уроки отца и не уступают ему в уме и жестокости. Кроме того, у Хаккани-старшего достаточно родных и двоюродных братьев и деверей, чтобы даже после его смерти контроль над территориями не представлял труда, а «Сеть Хаккани» оставалась активной.

Кроме дотаций из Пакистана и арабских стран, источниками дохода группировки стали незаконная продажа полезных ископаемых, драгоценных камней и древесины.

На «своих» территориях члены клана Хаккани занимаются тем, что принято называть словом «рэкет»: облагают пошлинами въезжающий и выезжающий транспорт, требуют платы за безопасность с любого, кто начинает свой бизнес, будь то местный или иностранец, вымогают деньги и периодически похищают людей за выкуп. Они не единственные, кто получает в Афганистане доход таким способом, но делают это с большей дерзостью и размахом. Например, на их счету нападение на отделение банка в Джелалабаде, а на грабеж решаются далеко не все местные террористы.

«Сеть Хаккани» получает часть дохода от наркобизнеса — она специализируется на импорте прекурсоров (веществ, необходимых для переработки опиума-сырца в морфин и героин).

Начало этой «деловой активности» в 70-е положил сам глава клана: контрабанда любых товаров через границу на востоке находилась под его контролем.  

Из жизни Джелалуддин Хаккани ушел мирно. В 2018 году он в преклонном возрасте умер в своей постели после продолжительной болезни. Несмотря на то, что он давно отошел от дел, созданная им группировка не утратила боеспособности, а воспитанные им преемники показали, что готовы продолжать «войну с неверными». Хаккани оставил после себя опасное наследие: тренировочные лагеря, наработанные контакты с зарубежными экстремистами и пакистанскими силовиками и развитую систему контрабандной торговли. Избавиться от этого наследия в ближайшем будущем не представляется возможным.

«Федеральное агентство новостей» приглашает других авторов принять участие и присоединиться к проекту, чтобы создать качественную базу информационно-просветительских статей о бандформированиях, экстремистских организациях и связанных с ними лицах. Пишите на почту antiterror_project@yandex.ru с пометкой «Хочу в Антитеррор».

* Организация запрещена на территории РФ.