05:10
6 августа ‘21

Калина Никифорова: история бедной девочки, ставшей королевой преступного мира

Опубликовано
Источник:
Понравилось?
Поделитесь с друзьями!

Самая обыкновенная стеснительная девочка из бедной советской семьи со временем стала настоящим авторитетом в жестком мужском криминальном мире.

Ее называли по-разному: «Мать всех воров», «Нина», «Сексот Юлия»… Она была спекулянткой и мошенницей, подпольной миллионершей и своей в любой криминальной среде.

Царица криминального мира Калина Никифорова обладала уникальным даром входить в доверие, имела авантюрный склад ума, недюжинные организаторские способности и неженскую железную хватку.

У нее было все, даже личное женское счастье в лице Вячеслава Иванькова по кличке Япончик и сына Виктора. Лишь одно разрывало сердце Калины – то, что она не могла жить богато в открытую. Все время приходилось притворяться простой советской бабой.

На мечтала уехать со всем своим нажитым богатством за границу, и жить там, как королева. Но сыщики следили за ней в оба глаза, а за границу выезд ей был закрыт. И тогда криминальная «царица» решилась на отчаянный шаг – угнать самолет.

Удачное замужество и работа в «Березке»

Казалось бы, какое будущее могло быть у девочки-еврейки из бедной семьи, жившей на окраине Баку? Но Калина, помимо прелестной внешности, обладала недетским умом и напором. Ей было семнадцать, когда она поехала покорять Москву. И покорила… сердце богатого старика-ювелира.

Вышла замуж, явно по расчету. И этот расчет себя оправдал. Спустя несколько лет муженек отдал богу души, оставив юной вдове немалый капитал в деньгах и драгоценностях. Но главным наследством для Калины были связи почившего супруга.

Поэтому девушка не стала, как это сделали бы другие, просто жить в свое удовольствие, ничего не делая. Используя знакомства покойного мужа, девушка устроилась в знаменитый валютный магазин «Березка», куда действительно без «блата» попасть было нереально.

Однако, даже такой престижной в то время работой Калина не ограничилась, и начала по-тихому промышлять спекуляцией и перепродажей чеков Внешпосылторга.

Талант мошенницы, видимо, был у нее в крови, дело горело в ее руках. Не прошло и полугода, как вся московская богема, чиновники, а также спекулянты и валютчики начали проворачивать свои делишки через нее.

В руки Калины плыли огромные деньги. Но и этого ей было мало. Знакомства со многими обеспеченными советскими гражданами дали ей еще одну подсказку, как разбогатеть. Она собрала вокруг себя шайку искусных воров, которых наводила на богатые квартиры, а потом перепродавал краденые вещи и украшения.

Такой размах, понятное дело, не остался незамеченным. За Никифоровой установили наблюдение столичные сыщики, и вскоре им улыбнулась удача. Калину взяли с поличным.

Правда, на суде удалось доказать лишь несколько фактов спекуляции, за что летом 1966 года Никифорова отправилась в можайскую женскую колонию. Эта отсидка стала единственной в биографии Никифоровой.

Но не потому, что на воле она завязала с криминалом. А потому, что стала умней и хитрей. Да и на зоне она пробыла недолго, хотя и усвоила там немало уроков жизни.

Главным из них стало то, что отныне Калина не стала заниматься мелочевкой, тем более сама. Ей было суждено стать «мозговым центром» блатного мира, и загребать жар чужими руками.

Воля, бизнес и любовь

Но до криминального олимпа вчерашней зечке предстояло начать с самых низов. Никифорова устроилась простой официанткой в самую обычную «пивнуху» на Сухаревке. Это позволило накопить кое-какие деньги и расширить круг знакомств в уголовной среде.

Ну, а потом, освоившись, начала промышлять буквально всем, что приносило доход: консультировала блатных в сфере законодательства, сбывала за рубеж реликвии и иконы, руководила налетами на жилища богатых москвичей и налаживала каналы сбыта краденного.

Спустя несколько лет ее имя уже кое-что значило в воровском мире. Особенно криминалитет ценил в ней острый ум и деловую хватку. Именно за это известная васильевская ОПГ предложила Никифоровой выгодное дельце под ее «крышей» - открыть сеть подпольных карточных клубов.

Калина ухватилась за предложение, и показала себя во всей красе. И все правильно организовала с учетом безопасности клиентов, и куш с клубов снимала немалый. Это бизнес позволил Никифоровой уже твердо стать своей среди авторитетов.

Понятно, что для многих она была всего лишь интересной женщиной. И некоторые воры пытались добиться ее расположения. Но взаимностью Калина ответила лишь Япончику, в миру Михаилу Иванькову.

Конечно, Япончику, как «законнику», официально запрещалось иметь жену и семью. Тем не менее, их гражданский брак с Никифоровой криминальный мир признал и претензий на этот счет не имел.

Даже когда Калина родила сына Виктора, все были уверены, что его отцом был Иваньков. Тем более, позднее Япончик сделает парня своим преемником.

Между тем, авторитет был благодарен своей избраннице не только за сына, но и за свободу. Однажды Иванькова загребли за вымогательство, и ему светил серьезный срок.

Но Калина, рискуя собственной свободой, обеспечила ему ложное алиби, которое сыщики разбить не смогли. Ходили слухи, что Никифорова действительно любила Япончика, и была готова на все, чтобы просто быть рядом с ним.

С блатными и ментами на «ты»

Что любопытно, при всем своем авторитете Никифорова умела и перед ворами себя правильно поставить, и с милицией заигрывала. По негласной договоренности с ОБХСС она спокойно сдавала со всеми потрохами воришек, наркокурьеров и прочую мелкую шушеру.

Таким сотрудничеством все стороны были довольны. Милиция выполняла план по раскрытиям, а саму Калину при этом не трогали.

Однажды она сдала милиции двух цеховиков, которые решили перевести часть наличных денег в золото и купить «у вдовы ювелира» царские золотые червонцы. В самый разгар сделки в квартиру «случайно» заглянули оперативники и накрыли всех. Всех, кроме хозяйки.

Сотрудничать с силовиками Калине Никифоровой позволяла «воровская реформа», которая прошла в криминальном мире СССР в семидесятых годах прошлого века.

Теперь воры могли общаться с представителями силовых ведомства для выгоды криминального мира – то есть, подкупать или проворачивать с их помощью какие-то комбинации.

Еврейские деньги

Как бы там не было, но уже к середине семидесятых Никифорова подмяла под себя многих маститых воров, сколотив одну из самых крепких группировок той эпохи, в которую ходило около сотни бойцов.

Особенно много «работы» у них стало после того, как государство разрешило советским евреям эмигрировать в Израиль или в любую другую страну. Понятно, что никто бы не позволил эмигрантам забрать с собой ценности, деньги и все, что было нажито в течение жизни.

Поэтому многие евреи, зная о связях Ники форовой, тайком обращались к ней с просьбой переправить за границу те или иные семейные реликвии. Калина соглашалась, брала предоплату, находила спрятанные в указанных тайниках ценности и... оставляла себе.

По слухам, счет обманутым еврейским эмигрантам шел на десятки, если не сотни. Однако, в милицию не поступило ни одной жалобы. Ибо, далеко не все ценности были нажиты пострадавшими честным путем.

Без Япончика

В 1981 году Иванькова надолго посадили, едва не отправив следом за ним и его гражданскую жену. Калина лишь чудом сумела выскользнуть из лап советской фемиды, после чего принялась управлять немалой криминальной империей Япончика.

Но одной было тяжело управляться со всем, и позднее Никифорова вышла замуж за Рубена Саркисяна по прозвищу Профессор. Рубен тоже был ловким парнем, и они с Калиной стоили друг друга.

На пару они открыли большой подпольный цех по пошиву обуви при государственной швейной фабрики. Товар продавали, как импортный, зарабатывая огромные барыши.

Давно превратившаяся из симпатичной худенькой девушки с печальным взглядом в жесткую бизнес-вумен в теле, Никифорова была по-настоящему богата. Квартиры,  шубы, машины, драгоценности – всего этого у нее было вдоволь. Плюс серьезнейшие связи и уважение «коллег» по криминальному цеху.

К тому времени подросший сын Виктор тоже пошел по скользкой дорожке и даже успел получить воровскую «корону». Правда, ходили слухи, что Калина просто купила этот статус своему отпрыску. Но вслух об этом никто говорить не решался.

Диагноз, мечты о загранице и странная смерть

В общем, теперь уже собственная империя Калины росла, как на дрожжах. О многих ее делах знали чиновники и правоохранители. Но первые, те, кто был сам не чист на руку, прикрывали ее. А силовики без приказа сверху не могли тронуть влиятельную «тетю».

Будущее Никифоровой казалось безоблачным. И вдруг, как гром среди ясного неба – страшный диагноз. У Никифоровой обнаружили рак крови. Другая бы опустила руки, но только не Калина. Она прекрасно знала о том, как живут за границей, и какая там медицина.

Она поняла, что ее единственный шанс продлить свою жизнь – обратиться к зарубежным врачам. Только легально ее, при всех связях, никто бы за границу не выпустил. Значит, оставался лишь один путь – криминальный.

И тогда Калина решила… угнать самолет. Она знала, что проверки при заходе на борт формальные, так что, оружие пронести было несложно. К тому же в силу не лучших отношений Запада с СССР, советских преступников обратно выдавали неохотно.

Своими мыслями Никифорова поделился с мужем, и Рубен загорелся идеей. Начал присматриваться к воздушным гаваням, и отыскал плохо охраняемый гражданский аэропорт, после чего начал подготовку к захвату самолета.

Не известно, чем бы закончилась их идея. Но с учетом удачливости Калины все могло и получиться. Однако, в дело неожиданно вмешалась… смерть. В самом начале 1988 года 43-летняя Никифорова неожиданно умерла от остановки сердца.

Инфаркт или убийство?

По поводу случившегося ходило немало слухов. Поговаривали, что спецслужбы могли отравить Калину ядом, вызывающим смерть по «естественным причинам». Якобы чекисты узнали о ее планах, и не имея доказательств упечь за решетку, решили вопрос радикально.

Поговаривали и то, что подстроить смерть Никифоровой могли сами воры, недовольные ее грядущим отъездом с огромным богатством. Ходили даже слухи, что все устроил муж, которому надоело быть «пешкой» в их семье и семейном «бизнесе». Говорили и о мести Япончика.

Но самой дельной версией специалисты считали убийство Калины с заказа кого-то из партийных боссов, замешанных в ее криминальных делах. Ведь попади Никифорова за границу, она могла спокойно открыть рот.

Но это в том случае, если смерть Никифоровой действительно носила криминальный характер. Но в свидетельстве написали инфаркт. А все остальное было просто домыслами, пусть даже в каких-то из них и было рациональное зерно.

А вот ее сын и отец ее наследника закончили плохо, и в этом уже был виноват криминал. Сын Калины, Виктор, затеял ссору с лидером люберецкой группировки Мансуром Шелковниковым и зарезал его. А в 1994 году его самого расстреляли на пороге дома.

Япончик прожил значительно дольше. Эмигрировал в США, где попал за решетку за вымогательство. А после отсидки в 2004 году его депортировали в Россию, куда он очень не хотел. Ведь и бежал в свое время в Америку он из-за того, что на родине у него стало слишком много врагов.

Они и настигли ешо в 2009-м, когда авторитет уже серьезно страдал от онкологии. На него было совершено покушение, Япончик получил пулю в живот, и умирал очень мучительно. Так не стало человека, который, как поговаривали, был единственной настоящей страстью Калины Никифоровой.